Если вы помните, я как-то разбирал афишу знаменитых футуристов, напечатанную в Тифлисе в 1913 году (рис. 2). На ней было использовано пятьдесят шрифтов. Тифлис, конечно, не маленький и культурный город, но в типографическом смысле не Питер и не Москва. Тем более, что грузины никогда не переходили на кириллицу. Так вот: пятьдесят шрифтов — это много не только для рекламной бумажки, отпечатанной на южной границе империи. Это больше того, чем могла похвастаться спустя полвека вся полиграфическая промышленность «самой читающей страны мира».

Шрифтов в Российской империи было полно. Большая часть поставлялась Бертгольдом и Леманом из Германии, но хватало и собственных словолитен. В любом уездном городе не бедный обыватель мог заказать себе приличную визитную карточку или приглашение на свадьбу (рис. 3) на хорошей бумаге, каллиграфическим шрифтом, можно с виньетками и рамочками.

Потом настал 1914 год, германское снабжение прервалось.
Потом случился октябрь 1917, типографии экспроприировали.
Потом, после НЭПа, в 1930 году, собрались умные люди и стали с умным видом отбирать подходящие шрифты, а неподходящие переплавили. Тогда же составили умные планы по развитию наилучших шрифтов для нужд полиграфического производства.